Жизнеописание волка.Зворыкин Н.А.
продолжение
Наружность и характерные свойства волка
Привязанность волка к месту
Волка нужно признать животным более или менее оседлым. Большие передвижения, связанные с добыванием пищи или с разыскиванием себе пары, нисколько не колеблют этой черты его характера, тем более, что волк из своих странствований возвращается обратно. Передвижения, вынужденные недостатком пиЩи или вызываемые обилием іпищи в другой местности, не изменяют его природной привязанности к родному месту. Мы упоминали о прочном сожительстве волка с волчицей. Мы знаем также, насколько' упорно из года в год держатся волки з а точно определенное ме сто для вывода. Мы, в конце концов, имеем немало наблюдений, подтверждающих проживание одних и тех же экземпляров в строго определенном районе долгие годы. Несомненно, что широкие передвижении волка, связанные с изменением кормовых ресурсов или по другим ікаіким-нибудь наступившим конкретным причинам, а также скитания из одной местности в другую голодающих, «бездомных» одиночек, неосновательно поколебали мнение об оседлом характере волка. Несомненно также, что волк периодически отлучается зимой из своего коренного района в целях самосохранения. Зимой, когда в широкой округе проложенные волками тропы способствуют обнаружению зверя, волки имеют повадку, несмотря на посещаемую ими приваду, периодически скрываться. Такому крупному и хищному зверю как волк широкие передвижения необходимы, но их, конечно1, нельзя считать кочевками, за исключением регулярных перемещений волков за стадами домашнего' скота, переходящего в некоторых местностях на сезонные пастбища, или следования за дикими животными, переселяющимися в подобающие сезону станции. Что касается настоящих перекочавок, миграций, то они не лежат в потребности зверя, а являются вынужденными и далеко не часто встречающимися, представляя собой скорее явление случайное, как и причинаі, их вызвавшая. Волк-самец действительно прикрепляется к новому месту, находя себе пару за пределами своего коренного района. Так как инициатива передвижения принадлежит саімке, то волчица, приводя к себе волка-самцаі, не покидает своего родного места. Самцу не остается иного выхода, как остаться с волчицею, опять-таки поселясь оседло в районе ее жительства. Вот почему истребление местных волчиц сильно обезвреживает данную местность. Приведу два случая из числа многочисленных, характеризующих привязанность волков к своему коренному району. Однажды, выслеживая местный выводок волков из шести штук, я заметил на следу молодой волчицы отсутствие отпечатка среднего пальца на левой передней лапе. Несомненно волк побывал в капкане. Все волки были взяты охотами с флажками, но беіопалый не давался никак. Он не выходил на Номер, прорыв'ался под флаги, прокрадывался между загонщиками, затаивался. Очевидно он подвергся хорошей выучке при преследовании охотниками после капкана. Так он и уцелел. Через два года я убил волчицу приблизительно в том же районе. По возрасту убитого зверя, по расцветке шерсти, а главное по отсутствию среднего пальца на левой передней лапе я узнал старую зніакомую. Волчица эта, как оказалось из расспросов, оседло жила в той же местности и оставалась холостой. 2* 19 Другой случай гае менее характерен. Мне удалось обложить в еловом острове пару крупных местных волков. Волки эти, кстати сказать, идя на лежку, скинулись с дороги двумя большими прыжками (сметок), как делают руеаікіи, скрывая свой концевой след. Чуть начался гон, — выскочила волчица. Я ее убил. Немного погодя, на расстоянии более 100 шагов, т. е. вне выстрела, на линию флагов по полянке, гордо подняв голову, вышел коротким галопом лобастый черно-ржавый самец с весьма темным окрасом хребта и верхней половины ребер, в виде чепрака и, удаляясь, прорвался под флаги. Через две зимы мы с помощником моим Молчановым переняли след матерого. Он шел лесными наезженными дорогами, по которым после его прохода проехало много подвод при выпадавшем снеге. Приходилось выбирать дороги на разветвлениях вслепую, между тем шел второй час тусклого ноябрьского дня. Скоро выбранное нами направление должно было порадовать либо разочаровать — до деревни оставалось ,с километр/ Не успели мы проехать и четверти этого расстояния, как увидели волчий сметок с дороги через ивовый куст, недалеко от опушки того елового острова, где два года тому назад я убил волчицу и где ушел чепрачный волк. Я выбрал номер без обхода оклада. Шнур потянули шагов по 300 на флангах. Смеркалось. Едва раздался голос Молчанова как тяжелыми махами выкатил знакомый мне лобастый черноржавый чепрачный волк. Я его повалил не сразу и он, отбежав за линию шагов 50, скрывшись в густой хвое, упал замертво, производя особый глухой шум от падения грузного тела и легкое потрескивание ветвей, хорошо знакомые зверовому охотнику. Как же после этого не считать волка зверем оседлым, привязанным к родному месту? Волки селятся в определенной местности, удовлетворяющей их потребностям. і Для волчат, появившихся здесь на свет, это уже родное место. И для выведших детей и для родившихся такое место вызывает чувство привязанности ім нему. Место вывода всегда включает в себя необходимые особенности, которые не на каждому шагу можно найти. Привязанность волка относится не только к маленькому участку, занятому гнездом, логовом, но распространяется на широкую окружающую территорию. Такой район представляет собой угодья, на которых зверь находит себе пропитание, охотится, выводит детей, скрывается, отдыхает, — это центр, где протекает жизнь зверя. Район этот я называю моренным. Диаметр волчьего коренного района, если его обозначить' крупом, можно определить примерно в 35 км