Жизнеописание волка.Зворыкин Н.А.
продолжение
Наружность и характерные свойства волка
Отношение волка к человеку, органы чувств волка
7.Отношение к человеку.
Зверь с довольно сложной нервной системой, каким является волк, «учитывает» это отношение человека. Волк доказывает это соответствующим осторожным, боязливым, а иногда наоборот смелым поведением, различая угрозу от действительной опасности, нередко повергающей волка в панику. Нападения волка на человека чрезвычайно редки. Инстинктивная человекобоязнь удерживает волка. Не будь этой грани волк безнаказанно стал бы нападать на безоружного человека.Тот, кто видел, как здоровый, не раненый волк в состоянии свободы, опустив несколько голову и косясь, щелкает на человека зубами, тот, кто, возвращаясь по пустотным угодьям без оружия, испытал неуверенность в своей безопасности от шествующих сторонкой, будто провожающих волков, тому этот зверь будет всегда казаться коварным и злым. Однако тот же волк,выросший при человеке в домашней обстановке, проявляет к человеку ласку и преданную привязанность. По официальным сведениям довоенного времени от волков ежегодно гибло в среднем 1 ООО— 1 200 человек.
Нет сомнения,что подавляющее большинство случаев относится к нападениям бешеных волков. Такое большое количество жертв на нашей обширной территории более чем вероятно. Если сопоставить их со сведениями Америки, то там за период 1916— 1918' шг. зарегистрировано 1 500 случаев нападения бешеных волков ка людей.
8. ОРГАНЫ ЧУВСТВ
Проверить рабочие качества слуха, зрения и чутья, отличить превосходство одного из этих органов нелегко даже у лайки,тем более это трудно в отношении дикого зверя. Затруднительность определения силы слуха, зрения и чутья дикого зверя так же, как и у лайки, прежде всего кроется в объединенной комплёксной работе этих органов чувств. Для того чтобы знать, при каких условиях, с какого расстояния и каким органом чувств чаще всего зверь обнаруживает присутствие человека и опасности вообще, надо видеть показатели работы этих органов. Для более правильной оценки органов чувств необходимо помнить следующие два положения: а) Сл у х , з р е н и е и ч у т ь е п р о я в л я ю т с в о ю о с т р оту при н ас т о р о ж е н н о с т и зверя. Между тем все органы требуют большего или меньшего отдыха от напряжения. Зверь, свыкшийся с безопасностью, с тишиной, передвигается на вольном ходу без настороженности; чутье и слух отдыхают.Мало обострено и зрение. Такой зверь способен набежать на человека. Но стоит по той или иной причине появиться насторожеганости, как комплекс органов чувств напрягает всю способность, и о каком-либо неожиданном столкновении зверя с опасностью думать уже не приходится. ■б) Иногда один из органов чувств, вследствие о с о б о г о р е ф л е к с а , б е р е т н а с е б я р а б о т у в у щ е р б работе остальных органов чувств, -продолжающих пребывать, за отсутствием дол ж ного имп у л ь с а , в н е й ' а с т о р о ж е н н о м с о с т о я й и и. Так, например, не испытывая страха, идет не бывший в переделках зверь,прислушиваясь к голосам загонщиков. Расстояние до загонщиков еще значительно, а заслон деревьев прекрасно скрывает его от них. Ничто, никогда в таких случаях, когда оін отдалялся от голосов дроворубов, не заставляло его подозревать опасность впереди, где царит тишина. Слух прикован к- голосам загонщиков. Чутье и зрение не обостряются, и зверь подходит на самое близкое расстояние к стрелку. Судить о степени развитости того или иного органа чувств по этим примерам еще не приходится. Наблюдения установили, что при отсутствии настороженности и придругих условиях, например при паническом аллюре вскачь, зверь не руководствуется чутьем, не настораживает слуха, а следует элементарным указаниям зрения. Волк, лиса, лось и медведь,идущие машистыми прыжками — напролом, набегают вплотную на чуть заслонившегося человека, которому иногда приходится посторониться. Чутье волка, как и некоторых охотничьих собак, — смешанное. Оно складывается из проявлений верхнего чутья с использованием нижней следовой работы. Верхнее чутье, ловящее запахи в воздушных течениях, у волка преобладает. Практически полезно было бы установить примерное расстояние, на котором волк чует человека.
Если обратиться к дальности чутья легавой собаки, то, в зависимости от благоприятных условий и силы чутья, собака точно определяет местонахождение затаившейся птицы на расстоянии примерно от 5 до 50 шагов. Вообще же запах, опять-таки в зависимости от благоприятности условий, может быть зачуян на значительно большем расстоянии. Это последнее обстоятельство для охоты на зверя н адо особенно иметь в виду и помнить, что одним из самых благоприятных условий служит ровный ветер или • определенная тяга воздуха. Волк живет в условиях, более соответствующих развитию и сохранению органов чувств, и, казалось бы, должен стоять по чутью выше собаки. Мне не удавалось установить этого последнего положения, подразумевая только голое чутье волка, а несовокупность охотничьих его способностей. По крайней мере при многочисленных случаях неудачных охот, из-за несогласования стрелковой линии с направлением ветра, волки, шедшие по лесу довольно спокойно, не доходя 40—50 шагов до стрелковой линии, опрометью кидались в сторону.Говоря о чутье, необходимо различать проявление чутья для обнаружения опасности и для нахождения добычи, так как на чутье оказывает положительное и отрицательное влияние психическое состояние животного.
При опасности (например, при охоте на волка) озладеваемое зверем беспокойство, а тем более страх, препятствует полноте проявления чутья; во втором случае соответствующее охотничье настроение волка способствует ему. Мне кажется, что способность чутья волка улавливать во время своих рекогносцировок именно отдаленные запахи выше,чем у собаки. Быть может этому проявлению незаметно содействует работа комплекса чувств, а также значительно более высокий рост зверя и его уменье поставить себя в наивыгоднейшие условия. Но было бы ошибочно думать, что главным образом чутье помогает волку отыскивать пропитание. Слух и наблюдательность в большей степени, чем чутье, обеспечивают волчье существование, особенно зимой. Мнение, что волк чует приваду или падаль вообще за несколько километров, — большое заблуждение. Не чутье, а слух, наблюдательность, умелые переходы и остановки на соответствующих для наблюдений дневках приводят волка к падали. Интонации голоса ворона, сороки, вороны и повадки их волк отлично знает. Птицы эти служат волку незаменимыми помощниками по разыскиванию продовольствия,но в то же время они докучают ему во время дневных передвижений, а иногда и на дневном отдыхе. Зрение волка хорошее. Он обладает дальнозоркостью. В некоторых случаях зрение волка проявляет особую специфическую остроту. К таким случаям относится способность волка запримечать на снегу малейшие бывшие следы, давно прикрытые толстым слоем нового снега, не видимые привычным человеком,обладающим прекрасным зрением. В описании движений волка я приводил один из примеров, когда волк, идя полным ходом во время сильного снегопада, заметил признаки давнишней лыжни,которую мне потом удалюсь с трудом заметить, и то в защитном месте. Острота зрения проявляется волком и ночью.Волк и в темноте отличает некогда всколыхнутый капканщиком снег, хотя после метели и снегопада не оставалось никаких видимых признаков.
Вообще волк видит все детали снежного покрова.Как опасность, так и добычу волк достаточно остро замечает,главным образом по движениям, хотя бы малейшим. Защитная окраска и неподвижность являются надежным средством спасения животных от хищников и, следовательно, служит препятствием волку для обнаружения добычи. Зверовому охотнику полезно помнить это положение и, ожидая выхода зверя, соблюдать мертвую неподвижность, довольствуясь при более или менее защитной одежде хотя бы незначительным прикрытием. Характерно, что волк, ожидающий преследования, а тем более раненый, ложится головой к своему следу. Характерно это по тому значению, какое имеет зрение, как средство самосохранения от явной опасности. Слух зверей вообще сильно развит и значительно превосходит слух человека.Научными методами установлено, что собака различает разницу в Vs тона, а в отношении высоты звука способна различать звук в 80 тысяч колебаний от звука в 100 тысяч колебаний в секунду, т. е. такие звуки, которые для человеческого слуха неуловимы. Мы знаем по опыту, насколько развит слух у волка, и у нас нет никаких оснований предполагать, что у него этот-•орган м ожет быть слабее, чем у собаки.Слух и наблюдательность в большей степени чем чутье, особенно зимой, помогают волку разыскивать падаль на значительном расстоянии. Большинство охотников, окладывающих зверей, склонно думать, что зверь не может расслышать ни глухого ш ороха лыж,которым сопровождается прохождение человека по пухлой снежной целине, ни шуршания об одежду веток чернолесья и игл хвои. Это мнение ошибочно.
Слух собаки, а тем более волка, находится даже во время сна в состоянии настороженности, правда, несколько притупленной в зависимости от крепости сна.Случается, что наевшийся после значительного перехода и голодовки волк, вдобавок мало подвергавшийся преследованию, -способен потерять на время бдительность, крепко заснуть на солнечном пригреве и не слышать не только обхода, но и подхода. одном таком случае мне рассказывал известный окладчик Д. Старостин. Ему удалось подойти к спящему волку на близкий,выстрел. Но подобные случаи являются, конечно, исключением и нисколько не опорачивают высокого слуха волка.В большинстве случаев зверь слышит обход окладчика. Стремление некоторых охотников к созданию малых окладов поэтому особенно вредно.
Невыгодно медлить и с обнесением флагами.Правда, многие экземпляры, слыша інеприближающийся шорох,'следят за ним, не покидая лежки, но строить на этой повадке зверя малые оклады не следует. Неудачи при окладывании, да и во время охоты, чаще всего случаются «по вине» волчьего острого слуха и наблюдательности. Волк следит за всеми звуками, за остановками их, определяя местонахождение человека слухом. Поскрипывание обминаемого стрелком снега на номере, обламывание веточек, мешающих зрению или продвижению ружья, служат нередко причиной флангового прорыва волка.